26.09.2020

Газета Вишгород

Офіційний сайт газети Вишгород, Новини, архів

История вторая: Хроническое “омерзенение”

“Ты живой?”, “Расстрел был?” – приблизительно такие вопросы звучали практически во всех сообщениях друзей после моего предыдущего письма. Со всей уверенностью сообщаю, что я живой и, по всей вероятности, очередной легитимный, ибо после того самого последнего письма ни кто из людей со звездами на погонах ко мне не обращался, как и из, собственно, людей вне армейской иерархии. Единственное – к нам в палаточный городок, внезапно, пришел только мороз, все остальное осталось без изменений.

Мы по прежнему ходим в наряды, оцепления, дежурства, топим буржуйку в палатке офицерского состава, убираем мусор… жаль, что только на ремонт техники, на которой, по легенде, мы должны ехать в зону АТО, практически не остается времени и погодные условия его крайне затрудняют. А может, хронофагство – это единственное занятие, которое можно придумать всем нам.



Порой, создается впечатление, что мы группа по интересам, которая пошла в поход, но что- то пошло не так, и теперь, будучи изолированными от цивилизации, мы предоставлены сами себе. Единственное что от нас требуется для того чтобы не застрять на этом уровне – это выполнять приказы больших маленьких людей со звездочками на погонах, и создавать им комфортные условия существования. Это как незамысловатая игра. Игра в солдатиков.



Ночи у нас стали морозными, а руководство палаточного городка сохраняет “отмороженность” даже по отношению к просьбам о второй буржуйке. Зимнюю обувь нам не выдают, видимо потому что морозы в этом году не планировались. Трудности с армейской кухней практически решены, т.к. к вопросам нашего питания приобщились родственники, которые с завидным постоянством не перестают слать посылки. Да и вообще, после того как некоторым из нас пришлось дежурить помощниками на кухне, желание питаться армейской пищей, которую здесь готовят, улетучилось. После армейского дня спим хорошо, но мало, т.к. ночью, когда начинаешь ощущать пар собственного дыхания, а руки в кармане бушлата, который на ночь лучше не снимать, начинают остывать – сладость сна куда-то исчезает. Все потому, что днем здесь оттепель, пусть даже с ветрами и регулярными дождями, а к ночи вся эта вода на палатке начинает обмерзать и одна буржуйка с этим справиться не может (вторая ведь не про нашу честь). Конечно, тем у кого есть спальные мешки повезло больше, но можете не сомневаться – даже в спальных мешках спят не раздеваясь. К сожалению, тех у кого есть свои спальники не более половины, т.к. Уставом они не предусмотрены.



Большинство наших ребят до сих пор ни разу не получали зарплату, но все еще живы и готовы защищать Родину. Что такое два месяца без довольствия для настоящего патриота?

За две недели до 26 октября 2014 года у всех нас собрали данные необходимые для участия в голосовании за новый парламент. В итоге – около 30% из нашего палаточного городка, в т.ч. и я, не смогли принять участие в выборах, т.к., по легенде, “наши данные или не совпали, или вовсе не были получены из теризбиркомов по месту жительства”. Ирония в том, что год назад, как и всегда до этого, я беспрепятственно смог воспользоваться своим конституционным правом избирать, даже находясь зарубежом, а сейчас, находясь на службе у своей страны, где все должно быть четко и организованно, я был лишен этой возможности.

Одно из самых важных приобретений в армии, кроме перхоти и хронической простуды, – это дружба. Порой я поражаюсь тому насколько все мы здесь стали отзывчивы и соучастливы. Эта готовность помочь, действительно, поражает, восхищает, и питает! Мы стали другими. Наверное, это и есть хатоцентризм, который я, когда-то, мечтал встретить среди своих сограждан.

Мы, по прежнему, пишем рапорты с просьбой о переводе в зону АТО, по прежнему ждем когда сможем быть полезны Родине, и нас отсюда отправят или на фронт, или, туда, где будет от нас хоть какая-то польза.



Вечером, после дневного армейского абсурда, безразличия и скотского отношения, к нам приходит холод – холод который обволакивает каждую палатку и обмерзает на ней. Это холод и безразличие, все это “омерзенение” окутывают весь наш палаточный городок настолько, что в глазах людей окружающих тебя случается увидеть что-то страшное и обреченное. Какая-то решительная безысходность пропитывает всех нас к поздней ночи… Но к тому приятному моменту, когда над нашим палаточным городком распрямляется солнце, вся эта пелена улетучивается и все, как бы, становится на свои места.

Ватер клозет “пиано”

Но однажды, вся эта пелена может и не исчезнуть, и наступит хроническое “омерзенение” всего и всех… Я очень хочу, что бы этого не произошло, ибо вместе с мерзостью пропитавшей армию, может не спастись не только то, что ее взращивает, но и то ради чего все мы здесь. Дай бог всем нам мудрости и смелости этого не допустить.

А сегодня, друзья, я смею просить об одном: помогайте друг другу, ведь есть те, кому мы больше никогда не сможем помочь…

Миллет! Ветан! Къырым!

Гиренко Алексей

Зло побеждало…

У Добра

Под сердцем теплилась надежда,

Что Зло в конце концов невежда,

Что надо выжить до утра,

Что вся борьба была не зря:

Нависла и над Злом усталость…

А вечным двигателем Зла

Присутствие Добра являлось.

Ашот Сагратян